Алина Фаркаш о том, почему нам всем срочно нужно расслабиться

0
279

Многие из нас трудно понять, как можно отказаться от перспективной работы или от большой зарплаты ради спокойствия и личного удобства. Алина Фаркаш объясняет, почему это не просто необходимо понять,но желательно, чтобы.

Алина Фаркаш о том, почему нам всем срочно нужно расслабитьсяЯ недавно говорила с знакомой девушкой, она руководитель отдела в крупной компании. Она жаловалась на молодых сотрудников, она сказала, что совсем их не понимает. В конце концов умный, закончил отлично школу с отличными оценками, несколько языков, в идеале, прекрасный опыт, впечатляющие стажировки, светлые головы — нам бы такие стартовые условия в наше время! И — не хотят работать! Нет, не только ленивы, чтобы с радостью интересно, но, например, при устройстве на работу весной, говорят, что планируют зимой уйти в отставку, уехать в Индию на семинар какого-то известного йога. Они будут два месяца медитировать в полном молчании. Или — отказаться оставаться на работе, когда горит проект, потому что они помогают собачьему приюту. Выгуливают собачек! На собачках друг вдох, особенно горький.

Еще у них друзья, общественная жизнь, нужно съездить к бабушке и миллион других разных вещей. Работа между ними тоже есть, но не на первом месте. Это где-то на фоне всего остального.

«Понимаете, — объясняет мне директор департамента, — у них же, с их образованием, их мозги — такие перспективы! Могли бы построить невероятную карьеру! И у них есть йога, и собачки… И еще хотят свободный график и спать».

Я в этот момент вспоминаю анекдот про чернокожего человека, который спокойно лежал под пальмой и ел бананы, отказывается от перспективы, что много и упорно работать, чтобы через тридцать лет, чтобы иметь возможность лежать под пальмой и есть бананы. У меня такое чувство, что после периода потребления наступает период умеренных количествах. Это трудно оценить его причины — есть решения финансового кризиса, или в том, что эти современные двадцатилетние выросли у прекрасных родителей, которые внушили им представление, что внутреннюю гармонию и ощущение счастья важнее, чем личная эффективность и рабочие успехи?

Это не дауншифтинг, в прямом смысле этого слова, это что-то другое. Уважение к себе и другим? Сдвиг в ценностях? Мои ровесники, тоже потихонечку двигаются в неправильном направлении. Осуществляют мечты.

Программист поступила учиться в художественный институт. Его приняли без экзаменов — только по результатам работы, удивились, как с таким талантом можно было жить до тридцати пяти, а не зарабатывать рисованием. Дизайнер закончил крутую школу парикмахеров — это с детства стригла всех вокруг и с детства об этом мечтал, но кто бы позволил девушке из приличной интеллигентной семьи пойти на волосы ПТУ?! Подруга с двумя красными дипломами и одной диссертацией, бывший топ-менеджер, работает мастер маникюра. Очень, очень дорого мастером маникюра — и дико счастлива, всегда хотела, но решила только ближе к тридцати. Известный издатель достигнуто соглашение об удаленной работе и отправился на два года в Испанию, чтобы узнать некоторые известные кулинарные школы. Круглый год подготовил документы, писала сочинение, учила язык, и она получила случайно, грант на обучение, которые, казалось бы, совершенно невозможно, дикой и бредовой фантазией. Один из моих самых талантливых однокурсниц с журфака МГУ, переехал в теплые страны и моет посуду в небольшой кафешке. Прямо руками — и радуется, как ребенок. На обед ходить купаться к морю, это в двух шагах от работы. После работы катается на велосипеде по жаркому южному городу, пьют коктейли, танцуют на крышах, целуется со своим мужем — их зарплаты вполне достаточно, на этом более счастливую жизнь.

Тот мой друг, с которым начал этот разговор, вздохом: жаль, что она не вышла замуж еще в университете. Все ее коллеги, которые удалось найти семью, в работу — счастливые люди.

И то уже почти нет шансов: двенадцатичасовой рабочий день, бесконечные командировки, часто работа в выходные. Она приходит домой и падает на кровать — очень хотел бы при этом уткнуться в кошку, но с его графиком кошка — это непозволительная роскошь. Ей для работы нужен немецкий, и это специально нашла учителя по skype с другого конца планеты, потому что единственный раз, который может на это выделить — шесть тридцать утра.

Параллельно обсуждать общая подруга, которая учит японский и занимается каллиграфией — только для красоты, а потому, что нравится. Приятельница этим не согласен — и я тоже, нам трудно смириться с мыслью, что что-то столь непрактичное можно потратить такое количество времени и денег. И мы обе чуть-чуть это зависть, потому что у нас нет такого количества свободы, научиться довольствоваться совсем малым, тем, что нам высвободить ресурсы для действительно интересных мероприятий.

«Чем бы ты дал, если бы тебе не надо было зарабатывать?» — спрашиваю я. И сразу добавляет: «Я бы пошел, я пила с подругами чай и написала бы свой первый роман! Я всю жизнь мечтал написать роман». Приятельница думает, и вдруг смотрит на меня с ужасом: «Я не знаю. Я никогда-никогда в жизни не делала то, что вы хотите, только то, что необходимо и правильно. И я, и моя большая зарплата должна обратить, и грамотно дал — коплю почему».

Мне кажется, что он хочет заплакать, но не решается. Вздыхает, морщится, говорит: «Понятия не имею, недавно один человек отказался от места в обществе, потому что ему до работы ехать два часа!» Говорит, что не хочет тратить четыре часа в день на дорогу, что есть невеста и он хочет больше времени уделять отношениям. Сумасшедший какой-то, не так ли? Я обдумываю эту идею, взвешиваю — и понимаю, что нет, я бы не смог, так же, как он. Отказаться от очень перспективных, очень денежной, и, скажем честно, крутой работы из-за отношений, или личный комфорт — не, нам такого не учили. Мама это поняла бы. И я бы мужа не понимаю. И сына. Как можно пытаться заработать больше, подняться выше?..

Хотя только за последние два года у пяти моих знакомых умерли мужья. Все здоровые и спортивные, все, вплоть до сорока лет. Просто вдруг сердце или быстрый рак. Нам всем нужно немного расслабились. И лечь под пальму с бананом прямо сейчас, а не через тридцать лет, — в конце концов, они могут и не возникнуть. Хотя бы ненадолго, хотя бы немного, но полежать. И расслабиться.